Наперекор Системе

Алекс Целых (alex@technews.ru)

Xakep, номер #064, стр. 064-088-1

Философский рассказ о явлении киберпанка

"Кто-нибудь мне может объяснить, что такое киберпанк?!" - подобное часто можно услышать на сетевых бордах. Подростки, встретившие модное словечко, пытаются дать ему определение, не понимая одного - только те, кто действительно загорелся желанием познать философию, кто готов пожертвовать уймой времени в поисках истины, могут ее найти. Их ждут удивленные взгляды, противоречивые мнения и попсовые закосы, труды Гибсона и многих других людей, положивших начало идеологии. И возможно, спустя мегабайты прочитанной информации, кто-то протрет красные глаза и с удовлетворением отметит, что знает ответ. Он улыбнется, пожмет плечами и двинется дальше, как и полагается киберпанку.

Движение против мейнстрима

Это странное слово "киберпанк" первыми произнесли вслух читатели короткого рассказа Брюса Бетке в начале 80-х, на заре новой компьютерной эры. С легкой подачи Гарднера Дозуа, редактора журнала научной фантастики, термин обозначил движение молодых научных фантастов: Биру, Кэдигена, Рукеру, Стерлинга и Шайнера, которые печатались под псевдонимами в самиздатном фэнзине Брюса Стерлинга "Дешевая правда". Основной задачей, которую ставили перед собой писатели, была попытка изменить укоренившиеся взгляды общества, начитавшегося низкосортной фантастики. Они решили плыть против мейнстрима, внести в жанр свежие идеи.

Бесплатная листовка, тиражируемая на ксероксе и не признающая копирайтов, стала вестником киберпанка. Членов движения объединяло подробное описание мрачного мира будущего, в котором большая роль отведена компьютерам, ясный рубленый слог и близость к панковским взглядам. Принципы киберпанка впоследствии обобщил Брюс Стерлинг в своих критических статьях. Но самой яркой фигурой движения стал Уильям Гибсон. В 1984 он явил миру "Нейроманта" - Священное Писание киберпанка. Так, как писал про будущее Гибсон, еще не писал никто.

Уильям Гибсон

Уильям Гибсон работал над "Нейромантом" на пишущей машинке "Гермес" - развалюхе 1927 года выпуска, имея весьма смутное представление о компьютерах. Информацию о них он получал случайно. Например, из телевизионной рекламы Маков, где с энтузиазмом расписывались возможности "яблочка". Или из подслушанных разговоров – как-то раз ему довелось стать невольным свидетелем общения двух девушек-программисток, работавших на Пентагон. А однажды писатель долго наблюдал за тем, как дети играют в видеоигры. В их глазах отражались огоньки экрана, и писатель живо представил себе удивительную цепочку: экран испускает фотоны, нейроны передают зрительный сигнал мозгу, пальцы жмут кнопки джойстика, и, наконец, электроны меняют картинку на экране. Перед Гибсоном открывался новый мир, аналогов которого он не встречал ни в одном фантастическом произведении. "Если бы я знал хоть что-нибудь о компьютерах, сомневаюсь, что мне вообще удалось бы что-то написать", - позже признавался он.

Часть терминологии Гибсон заимствовал из жаргона улиц, остальное просто выдумывал. Компьютеры назвал "деками", интернет - "матрицей", главных героев - "киберковбоями" или "крэкерами", взломщиками. Ничего общего с сегодняшним днем. Лишь введенный им термин "киберпространство" получил со временем широкое распространение. В представлении писателя киберпространство мало походило на современный интернет. Ему виделась трехмерная картинка, проецируемая в мозг, где нервная система напрямую подсоединена к компьютерной сети. Сам Гибсон к интернету подключился только тогда, когда сеть стала "доступной даже для детей и собак".